Большой космос

Незаметно для себя Свете задремал. Спал он плохо, потому что рваные раны на груди и присохшая к ним одежда причиняли боль. И сон, снова и снова один и тот же кошмарный сон: что-то большое, темное приближалось к нему, чтобы ударить по лицу когтистой лапой…

Свете, проснулся. Точнее, почти проснулся. Он лежал на широком ложе и рассматривал комнату. Она была не менее странной, чем все увиденное им с момента остановки капсулы. С середины высокого потолка свисал единственный светильник, но светил он не ярче полной луны за окном, и вся комната была погружена в полумрак. Кроме широкого ложа и светиль­ника на потолке в комнате больше ничего не было. И еще какой-то странный мускусный запах тревожил Светса — запах чудовища из ночного кошмара.

Свете резко сел на кровати, застонав от острой боли в груди. Что за чертов день! За короткое время с ним произошли невероятные события. Во-первых, он до сих пор еще жив, хотя воздух доиндустриального мира должен был бы убить его в течение нескольких часов. Во-вторых, чудовище. Перед глазами снова возникла злобная морда, два ряда острых белых зубов, когтистые руки и сильный удар по лицу и груди. В его ночном кошмаре волк превращался в чудовище. Но наяву же этого быть не могло! Животные ведь не могут менять данный им природой облик. Напрашивалось единственное объяснение: чу­довище проникло в открытый люк капсулы извне, выгнало или убило волка и напало на Светса. Ему припомнились древние легенды, в которых люди превращались в животных, и наоборот. Но ведь он нормальный трезвомыслящий человек Индустриаль­ной Эпохи, его разум не допускал существование оборотней. Так можно совсем свихнуться, надо поэтому во всем разобраться спокойно.

Свете осторожно встал и направился туда, где, как сказала Рона, можно привести себя в порядок и умыться. За дверью он обнаружил еще одну большую комнату с ванной-бассейном и умы­вальником. Разобравшись в кранах, Свете умылся и замыл кровавые пятна на одежде. Между делом рассматривал себя в большом зер­кале: там отражался бледный, худощавый молодой человек, с ко­роткими, светлыми волосами, неестественно искривленными шеей и спиной. Свете решил, что все дело в зеркале — примитивная ручная работа. Насколько он помнил, первые зеркала были двух­мерными и не отличались качеством.