Большой космос

Особенно ему не нравился их цвет — красные, как бы истекающие кровью.

—    Ой, — воскликнула Рона, — ты, наверное, есть хочешь?

Слово «наверное» было явно лишним.

—    У тебя есть питательные дрожжи?

—     Питательные… что? Я не знаю такого слова. Может быть, ты это называешь дрожжами? — Она указала на поразившее Свет­са содержимое большого блюда. — Это все, что у нас есть.

—    Давай поговорим об этом позже. Я слишком устал. — Свете почувствовал, как неприятно сжался желудок и ком подкатил к горлу, едва он представил, что будет есть «это». Даже если оно растительного происхождения.

Рона поддерживала его под руку. Комната для гостей оказалась прямоугольной и потрясающе огромной, кровать широкой, но очень низкой — всего около шести дюймов, и если бы Свете не был так измучен сегодняшними приключениями, то удивился бы отсутствию постельного белья и подушки с одеялом. Рона помогла ему опу­ститься на кровать.

—    Там, — она показала на дверь, — ты можешь умыться и привести себя в порядок. Если, конечно, хватит сил. — И снова мягкая доброжелательная улыбка осветила ее лицо. — Отдыхай, я позову тебя часа через два.

Свете с облегчением лег и закрыл глаза. Ему казалось, что комната медленно кружится, и не было даже сил поблагодарить девушку. Скрипнула дверь, и он остался один. Совсем не к месту Свете почувствовал стыд: ему вдруг пришло в голову, что все это время он до неприличия пристально рассматривал девушку. Внешность ее и манера поведения вызывали по меньшей мере удивление.

«Это хорошо, что она никого не позвала, — подумал он, — ее родители наверняка вызвали бы врача, объясняй тогда, кто я такой».

Свете раньше и представить себе не мог, что древние люди настолько отличаются от современных ему. Впрочем, люди тысячелетиями приспосабливались к изменениям воды и воздуха, к ДДТ и другим ядам, к исчезновению привычной пищи, на смену которой пришли питательные дрожжи. Да еще высокий уровень шума, сокращение жизненного пространства и огромная зависимость от медицины. Он не может не отличаться от этих людей. Человечество умудрилось выжить, а это дается непро­сто.

«И вообще она молодец, — подумал он о Роне, — не испуга­лась, не заорала, просто взяла и помогла, не задавая лишних вопросов».