Большой космос

Наверное, мозг птицы, став огромным, приобрел несвойственное ему изначально качество — разум. Иначе как она поняла, что и там, наверху, спасения для нее нет? Черная тень замерла на мгновение в желто-зеленом небе, а потом стремительно ринулась к подарившей ей жизнь, но такой жестокой и негостеприимной земле.

Точно землятресение тряхнуло институтские здания, когда тело огромной птицы подобно черному метеору пронеслось по небу и рухнуло на площадь перед зданием Дворца Объединенных Наций.

Система управления хронокапсулой капризничала. Не то чтобы очень, но особой радости за пультом Свете не испытывал. Техники обещали устранить все неполадки, но на всякий случай под руко­водством Ра-Шена Свете до мелочей изучил систему ручного уп­равления.

В этот раз хронокапсула доставила Светса примерно за тысячу лет до начала Послеатомной Эры куда-то в центральные районы Североамериканского континента.

Капсула остановилась. Свете подошел к иллюминатору и вы­глянул — вокруг простиралась голая заснеженная равнина. Это было неприятной неожиданностью: он не собирался разыскивать бизоцов в зимний холод. Единственный выход — с помощью кон­тура прерывателя попытаться попасть в другое время года, потеплее, лето или что-то вроде того.

Однако это создавало сложности. Прерыватель был самым новым изобретением, еще ни разу не испытанным на практике, а Свете не горел желанием оказаться в роли испытателя. Он догадывался, какими словами встретит его Ра-Шен по возвра­щении. Каждый скачок во времени обходился Институту Тем­поральных Исследований примерно в миллион кредитов, а использование прерывателя сразу удвоит и без того огромную сумму.

Выйдя из хронокапсулы, Свете ощутил пронизывающий холод. Вокруг вплоть до самого горизонта простиралась равнина, покрытая толстым снежным ковром. Внимание Светса привлек какой-то ше­велящийся вдали белый холмик. Быть может, зверь, которого еще нет в Зоопарке? Он выстрелил из наркотизатора, и шевеление прекратилось. Свете вывел из хронокапсулы глайдер и отправился на поиски. Найти неподвижное животное — нелегкое дело, да к тому же защитная окраска делала его практически неразличимым на фоне белого снега. Светсу удалось обнаружить его только бла­годаря красному языку, вывалившемуся из открытой пасти, и чер­ным подушечкам на лапах.