Большой космос

Именно таким образом у темпоральщиков появились глайдеры, наркотизаторы, миниатюрные, но очень мощные ан­тигравитационные излучатели и станнеры, которыми оснащены все новые хронокапсулы. Но основной аргумент, выдвигаемый Институтом Проблем Космоса, похитрее.

Когда-то океаны Земли кишели жизнью. Но теперь кон­тинентальный шельф мертв, как поверхность Луны. Ничего живого. В далеком прошлом сушу покрывали леса, степи, пустыни, реки и озера, и повсюду бурлила жизнь. Люди вырубили леса, отравили воду, уничтожили животных. От богатейшей биосферы планеты остались лишь дрожжевые бактерии, собаки и сами люди. Эти люди настолько оторва­лись от прошлого, что теперь уже не в состоянии отличить древние сказки от реально происходивших событий. Современ­ный человек не может дышать чистым воздухом родной планеты: обладал гигантскими техническими возможностями, человечество тем не менее боится вернуть Земле прежнюю атмосферу, так же как боится неведомого ему животного и растительного мира прошлого.

Прошлое Земли для современного человека более чуждо, чем любая из миллионов планет во Вселенной. Так пусть Космос и занимается Землей!

Они уже заканчивали последние испытания с помощью массивного, закрепленного на летающей платформе прибора, когда в нагрудном кармане Светса затрещал портативный ви- деофон.

—    У нас неприятности, — сказал Ра-Шен, — Зеера возвра­щается. Похоже, команда на возвращение ее хронокапсулы была дана сразу после вызова грузовой.

—     Вы хотите сказать, она стартовала, не дожидаясь появления большой хронокапсулы?

Ра-Шен мрачно кивнул.

—    Она вызвала грузовую, значит, автомобиль найден, но в самый последний момент там что-то произошло, и все сорвалось. Я ужасно волнуюсь.

—    Сэр, мне бы не хотелось уходить отсюда именно сейчас.

Свете повернулся и направил глазок видеофона на страуса. К

этому моменту птица уже лишилась всего оперения, и напоминала туго надутый воздушный шарик.

—    Я просто не могу уйти: в ближайшие десять минут у нас будет птица Рух.

—     Что? Как ты умудрился..?

—     Нам удалось задействовать механизм регресса.

Отлично, мой мальчик! Я всегда верил в тебя.