Большой космос

—     Это какой-то цыпленок-переросток, а не птица Рух! — за­явил Ра-Шен, глядя сквозь толстое стекло. Словно услышав его, нелепое существо, заключенное в прозрачную клетку, обернулось и посмотрело на них. Вот уж действительно странное создание природы: цыпленок весом в три сотни фунтов, восьми футов вы­сотой, с маленькими недоразвитыми крыльями и длинными мощ­ными ногами.

—     Когда я загонял его в хронокапсулу, этот цыпленочек клюнул меня. Четыре сломанных ребра — для птенца это, пожалуй, мно­говато! — возмутился Свете.

Он только что вышел из больницы, где врачи Института Темпоральных Исследований изрядно потрудились, залечивая его раны. Бок еще побаливал, и Свете все время держался за него рукой.

—     Я очень сожалею, но это совсем не птица Рух, — настаивал на своем Ра-Шен. — Пока ты был в больнице, мы тут кое-что проверили в Отделе Истории. Оказалось, что Рух всего лишь ска­зочное создание, миф.

—     Но посмотрите же на нее! — Свете чуть не плакал от оби­ды. — Вылитая птица Рух, ну, может, только чуть поменьше…

—     Я тебе еще раз повторяю — это не Рух, а всего лишь страус! Путешественники из Европы встречали этих птиц в Австралии. Согласись, она очень похожа на огромного цыпленка. У древних было богатое воображение и, приняв страуса за птенца, они на­верняка подумали: если он такой большой, то каковы же его родители — взрослые птицы? Вот и родилась сказка. Возвращаясь домой, они всюду рассказывали об этих огромных, но, увы, несу­ществующих в природе птицах. Вовсю расписывая трудности и опасности путешествий, горе-орнитологи в конечном счете пели хвалу собственной храбрости.

Свете страшно расстроился.

—    Это ж надо! Четыре сломанных ребра, масса сложностей и неприятностей — и все впустую.

—    Утешься, малыш, все не так уж плохо: страус — вымершая птица, а значит прекрасный экспонат для Зоопарка нашего Гене­рального Секретаря.

—    Это понятно, но ведь он требовал птицу Рух, а не страуса. Как вы ему объясните подмену?

—     Как раз это волнует меня меньше всего, как-нибудь выкру­чусь. — Ра-Шен нахмурился. — Есть новости и похуже.