Большой космос

Свете понимающе кивнул.

—    Единственное, что от тебя требуется, это убедиться, что перед тобой именно кашалот, и нажать кнопку вызова.

И вот сейчас детектор ИНА обнаружил источник излучения глубоко под водой. Такой сильный сигнал мог исходить только от одного животного — кашалота.

Справа от своей капсулы Свете заметил легкую дымку; с каждой секундой она становилась все плотнее, ее очертания приобретали определенность, и вот наконец огромная серо-голубая сфера зависла над океаном. Поблескивали стволы расположенных вокруг дверного проема станнеров и антигравитационных излучателей, а противо­положная к Светсу сторона капсулы будто растворялась, уходя в никуда. Это было внушительное зрелище — как будто огромная машина висела в углу, которого не было.

Но в данный момент зрелища Светса не интересовали, потому что время пребывания грузовой хронокапсулы в Прошлом быстро истекало.

Свете включил дистанционное управление и направил анти­гравитационные излучатели вниз, стараясь охватить как можно большее пространство вокруг источника энергии. Включение излючателей сразу отразилось на пульте управления фейервер­ком огней — контрольных сигналов. Операция началась, теперь только бы успеть.

Левиафан оказался неожиданно тяжелым даже для такой могучей машины, как большая хронокапсула. Свете почти до предела уве­личил мощность излучателей, и вот наконец под действием анти- гравитаторов на поверхности воды появилась тень — Левиафан был пойман.

Вскоре из глубин океана поднялась гигантская капля воды с заключенным в ней животным. Точнее, внутри оказалась лишь его часть. Существо оказалось просто колоссальным: раза в четыре больше и раз в десять длиннее, чем предполагаемый кашалот. И совсем не похоже на найденную археологами скульптуру. Пойманный Левиафан скорее напоминал змею, покрытую крупной красновато-бронзовой чешуей, причем каждая чешуйка была величиной со щит средневекового рыцаря,и воооруженную длинными зубами цвета слоновой кости. Когда голова чудовища проплывала мимо капсулы Светса, он увидел огромную пасть, треугольные челюсти и выпуклый желтый глаз, взгляд которого искал врага, позволившего себе столь непочти­тельное обращение с владыкой глубин.

Свете похолодел от ужаса: он не сомневался, что видит наяву библейского Левиафана — огромного и свирепого, который навер­няка и был изначальным прообразом ужасной разрушительной силы.