Большой космос

—    Мне очень жаль, кузина, что мои друзья пришлись вам не по вкусу. Я прожил среди них столько лет, что забыл…

—    Причем тут вкус? Ваши друзья-не гуманоиды меня и не уди­вили, и не обидели. А вот ваши и Син Кривера намерения и планы, о которых легко догадаться, меня больно ранят и глубоко оскорбляют.

—     Кузина!..

—    Вы глупец! То, что вы замыслили, вам просто не по плечу. Это тот случай, когда возможности не соответствуют цели. И я бы посоветовала вам довольствоваться властью над вашей планетой с ее просторами и лесами и над дорогими вашему сердцу геррнами.

Лицо Нарата перекосилось, в глазах зажегся недобрый огонь. Но манера поведения не изменилась, оставшись величественной и учтивой, какая и приличествует властителю.

—     Корона, казалось бы, должна прибавлять мудрости тем, кому незаслуженно досталась. Но она, видно, всего лишь ничтожный символ власти, и я не собираюсь дискутировать с вами, кузина. Оставайтесь при ваших заблуждениях.

Его высокомерные слова подтолкнули Лианну на соответству­ющий отпор:

—    Какое презрение к короне! Но ведь из-за нее вы готовы меня убить. И не возражайте, это ни для кого не тайна.

Нарат Тейн и не возражал, а лишь изумленно посмотрел на Лианну. Он не пытался опровергнуть ее утверждения, да она и не оставила ему для этого времени. Указывая на весьма грозных, внушительного вида стражей перед дверями отведенных ей апартаментов, она жестко проговорила:

—    Я далека от того, чтобы угрожать вам, но посоветовала бы объяснить Син Криверу, что я нахожусь под охраной верных людей, которых нельзя ни подкупить, ни накачать наркотиками, ни удалить с их поста угрозами. Их, правда, можно убить, но тогда придется убить и оставшуюся команду на корабле, с которыми они поддер­живают постоянный контакт. Корабль же держит связь с Фомаль- гаутом, и если она прервется, то армада боевых кораблей тотчас устремится сюда. Син Кривер и вы, конечно, можете вступить с ними в сражение, но оно неизбежно закончится вашим тотальным крахом.

—    Да что вы, кузина! Не бойтесь, ваша жизнь вне опасности, — заверил ее Нарат Тейн, в голосе которого появились дрожь и хрипотца.