Большой космос

Если бы маги на самом деле обладали теми способностями, которыми хвастаются, они бы жили вечно! — И мальчики стали рассказывать друг другу истории о том, как умер тот или иной великий маг, как Морред погиб в бою, а Нереджер пал от руки Серого Мага, а Эррета-Акбе убил дракон. А Геншер, предыдущий Верховный Маг, умер от болезни, у себя в постели, как простой смертный. Некоторые мальчики, у которых в сердце жил червь зависти, радовались про себя. Остальные слушали эти рассказы с грустью.

Все это время Магистр Правил оставался в роще один и никому не позволял туда входить.

Не изменился лишь Магистр Привратник, хотя его редко было видно. В его глазах не было и тени грусти. Он улыбался и по- прежнему охранял двери Большого Дома.

А Правитель Острова Мудрецов тем временем находился в даль­них морях Западной провинции. Он проснулся холодным ранним утром ясного погожего дня. Все тело его онемело и затекло: спать в маленькой лодочке было неудобно. Ястреб сел и зевнул. Потом взглянул на своего сонного еще спутника и показал на север:

—     Вон! Два острова. Видишь? Это самые южные из драконьих островов.

—    У вас глаз, как у ястреба, господин маг, — сказал Аррен, щурясь, но так ничего и не увидев.

—     Поэтому меня и зовут Ястребом, — ответил маг.

У него по-прежнему было веселое настроение. Казалось, он стряхнул с себя грусть и дурные предчувствия.

—     Разве ты их не видишь?

—     Я вижу только чаек, — сказал Аррен, протерев глаза.

Он пристально вглядывался в серо-голубой горизонт впереди.

Маг засмеялся.

—    Даже ястреб не может увидеть чаек за двадцать миль.

Яркое солнце разгоняло утренний туман. И тогда крошечные

точки, кружащиеся в воздухе, сверкали, как золотые брызги воды или пылинки в солнечном луче. Аррен понял, что это драконы.

«Гляди в оба» приближалась к островам. Драконы увеличивались в размере. Они летали кругами в потоках утреннего ветра. Сердце t мальчика радостно забилось. Его переполнял восторг, похожий на боль. В этом полете отражалось торжество смертных созданий. В их красоте чувствовалась страшная сила, необузданная дикость и расчетливая грация. Ведь драконы —это разумные существа, на­деленные даром речи и древней мудростью.