Большой космос

Никто больше не танцевал.

Аррену показалось, что свет звезд померк, хотя рассвет еще не начался, Его охватил ужас, и он подумал: «Солнце не взойдет. Следующего дня не будет».

Маг встал. По его посоху пробежал маленький огонек, белый и быстрый. Он ярко осветил руну, серебром выложенную на посохе.

—    Танец не окончен, — сказал он. — И ночь тоже. Пой, Аррен.

Аррен хотел было сказать:

—    Я не могу, господин…

Но вместо этого он взглянул на девять звезд на юге, глубоко вздохнул и запел. В начале "его голос был тихим и хриплым, но постепенно он набрал силу. Аррен пел самую древнюю балладу о создании Эа, о равновесии света и тьмы и о том, как Старейший Правитель Сегой сотворил зеленые острова.

Пока он пел, небо из черного превратилось’ в серо-голубое. Слабо светили месяц и Гобардон. Факелы шипели, встречая ут­ренний ветер. Аррен допел песню до конца и замолчал. Танцоры, собравшиеся его послушать, все разбрелись по своим плотам. Небо на востоке постепенно светлело.

—    Хорошая песня, — сказал вождь.

Голос его звучал неуверенно, хотя он пытался говорить спокойно.

—    Нехорошо было бы обрывать Длинный Хоровод, не закончив его. Этих ленивых певцов высекут плетьми из нилгу.

—    Лучше бы ты их успокоил, — сурово возразил Ястреб. —I Никакой певец не перестанет петь по своей воле. Пошли, Аррен.

Он повернулся, чтобы идти в укрытие. Аррен последовал за ним. Но чудеса этой ночи еще не закончились. Восточный край моря побелел. Вдруг в небе показалась огромная птица. Она летала с севера и так высоко, что на ее крылья ложились солнечные лучи, которые еще не достигли земли. Могучие золотые крылья несли ее по воздуху. Аррен вскрикнул и показал на птицу. Маг вздрогнул и поднял глаза. На его лице отразилась радость и гнев одновременно, и он громко крикнул:

—     Нам хиета ару Гед аркваисса! — что на Языке Созидания означает: «Если ты ищешь Геда, то он здесь».

Огромным золотым камнем птица упала вниз, сложив крылья за спиной. На раскачивающемся плоту, выгнув по-соколиному шею, сидел дракон с когтями такой величины, что он мог бы с легкостью схватить ими быка. Из его длинных ноздрей вырывался клубящийся дым и пламя.