Большой космос

Это то же самое, что поселить к себе в тело больную душу…

Ястреб подошел к Аррену и стал одним коленом на банку, глядя на золотистый вечерний небосклон.

—     У этого человека ранимая душа.

Аррен оставил его слова без внимания. Только спросил холодно:

—    Что такое Оубхол? Я никогда не слышал такого названия.

—     Мне известно только название, и я могу найти остров на карте, но ничего о нем не знаю… Посмотри туда: вон спутники Гобардона!

Теперь огромная желтая звезда была значительно выше, а под ней, почти касаясь туманного моря, слева светила белая звезда, а справа —голубоватая. Вместе они образовывали треугольник.

—    А у них есть названия?

—     Магистр Географии не знал. Может быть, у жителей Оубхола и Уэллоджи имеются названия для этих звезд. Сейчас мы входим в неизвестные моря, они находятся под Руной Конца.

Мальчик ничего не сказал. Он с отвращением смотрел на яркие безымянные звезды, сияющие над бескрайним морским простором.

Уже несколько дней они плыли на запад. В море чувствовалось теплое дыхание южной весны. В ясном небе сияло солнце. Но Аррену этот свет казался тусклым, как будто солнечные лучи падали косо сквозь стекло. Вода была такая теплая, что, когда Аррен плавал, она почти не освежала его. Соленая пища опротивела. Все окружающее было лишено настоящей свежести и яркости кра­сок. Только ночь приносила облегчение. Аррен никогда не видел таких ярких звезд. Перед тем как заснуть, он лежал на спине и смотрел на звезды. Ночью ему всегда снился один и тот же сон: он видел болото, яму или долину, окруженную скалами, длинную дорогу, ведущую под гору, нависшие тучи. Всегда слабый свет, ужас и тщетные попытки убежать.

Он никогда не рассказывал об этом Ястребу. Он вообще перестал говорить с ним о важных вещах, только о мелких каждодневных делах. И Ястреб, из которого всегда приходилось тянуть слова, был, как обычно, молчалив.

Теперь Аррен понял, как глупо было с его стороны полностью довериться этому беспокойному и скрытному человеку, который полагался только на внутреннее чутье и не хотел управлять своей жизнью, даже не пытался спасти ее. Сейчас мага охватило чувство обреченности.