Большой космос

—    Ничего.

—    Плохой сон приснился?

—    Нет, все в порядке.

Аррен замерз. Правая рука, на которой он лежал, затекла и болела. Он снова закрыл глаза и подумал: «Ястреб все время намекает то на одно, то на другое. Но так толком и не говорит, куда и зачем мы едем и для чего я ему нужен. А теперь он потащил с собой этого сумасшедшего. Хотя еще неизвестно, кто из нас более сумасшедший, этот парень или я, что еду с ним. Вообще-то эти двое вполне могут найти общий язык. Он ведь сказал, что все волшебники теперь сумасшедшие. Если бы не он, я бы сейчас сидел у себя дома, в замке в Бериле, в своей комнате с резными стенами и красными коврами на полу. В камине пылал бы огонь. А утром я бы отправился с отцом на соколиную охоту. И зачем я поехал с ним? Зачем он взял меня с собой? Он сказал, это моя дорога. Но так говорят все волшебники. Они приукрашивают и затуманивают действительность громкими словами. Но слова — это одно, а жизнь другое. Если у меня и есть какая-нибудь дорога, то это дорога домой, а не бесцельное блуждание по провинциям. У меня есть обязанности по отношению к близким, а я их не выполняю. Если он действительно считает, что есть враг, который мешает волшебным силам, то почему он поехал один, со мной? Он мог взять себе в помощники другого мага… или даже тысячу магов. Он мог привести с собой целую армию воинов или флотилию кораблей. Разве так можно победить великое зло? Разве это под силу старику и мальчику в маленькой лодочке? Просто безумие. Ястреб сам сошел с ума. Сказал же он, что ищет смерти. Он ищет смерти и хочет взять меня с собой. Но я еще в своем уме. Я молод. Я не хочу умирать. И не поеду с ним.

Он стал смотреть вперед, подперев голову рукой. Луна, которая взошла перед ними, когда они выходили из залива Сосары, снова оказалась впереди. Теперь она садилась. Серый небосклон на востоке предвещал начало хмурого дня. Облаков не было, но небо затянула бледно-серая пелена. Днем стало жарко, но солнца не было видно. Его лучи еле пробивались сквозь туман.

Весь день они шли вдоль побережья Лорбанери, тянувшегося справа ровной зеленой полосой. Легкий ветерок с суши натягивал парус. Вечером они миновали последний мыс.