Большой космос

Минули тысячелетия, и близок День Страшного суда, конца Вселенной.

Где-то между Фомальгаутом и Границами Внешнего Космоса развернулась грандиозная битва двух космических флотов… Черные пространства Галактики озарялись слепящими вспышками атомных залпов, и тогда вырисовывалась фантастическая картина: как акулы в глубинах океана, стремительно скользили то в одном, то в другом направлении тени тяжелых крейсеров, выслеживающих, преследу­ющих, стремящихся уничтожить друг друга… А на флангах сра­жавшихся армад ждали своего часа корабли-призраки. Время от времени то один, то другой из них обретал видимость и обрушивал на противника смертоносный огонь, чтобы тут же вновь растаять во тьме…

На огромном телестереоэкране, перед которым сидел в цент­ральном зале королевского дворца Гордон, эта чудовищная битва представлялась неразборчивой сумятицей светящихся точек, мига­нием и переплетением лучей, всплесками каких-то разрядов. Гордон мало что в этом понимал, но постепенно даже для него становилось все очевиднее, что главные силы графского флота медленно, но неуклонно оттесняли корабли Фомальгаута к востоку, в сторону от центрального светила и планеты, которую те тщились защитить…

С губ Абро то и дело срывались приглушенные проклятья.

—    Энгл — умелый командир, но ему не хватает кораблей. Три против двух! И этот перевес все увеличивается. Они хотят расчи­стить дорогу на Фомальгаут вон там!

И его толстый палец указал на угол экрана, где появилась новая россыпь огоньков, неотвратимо приближающихся к Фомаль- гауту.

Это были транспортные корабли. Там сумасшедший Нарат Тейн в окружении орд негуманоидов, набранных им на десятках планет, уже предвкушал свой триумф.

Ощущение бессилия и невозможности хоть чем-то помочь сра­жающимся фомальгаутцам было для Гордона хуже пытки. Лианна также испытывала подобные чувства, но ей удавалось не выдавать их, и ее бледное лицо сохраняло обычные невозмутимость и ве­личественность.

—    От баронов по-прежнему нет вестей? — осведомилась она с презрительной интонацией.

Ей ответил Коркханн, сопровождая свои слова шуршанием перь­ев:

—     Ни словечка, Ваше Высочество. Скорее всего лишь нам суж­дено отражать агрессию.